Юлия Вадимовна Серебрякова

Кандидат культурологии, доцент кафедры «Философия» Ижевского Государственного Технического Университета, г. Ижевск

Статья опубликована в журнале, рекомендованном ВАК: Вестник Челябинского государственного педагогического университета. – Челябинск: Элит-Печать, 2012. №8. С. 146 – 155.

Социально-педагогические условия формирования коммуникативной компетенции студента

Изучение философии в ВУЗе может и должно быть организовано как диалог не только между преподавателем и студентом, не только как полилог между студентами, выступающими на семинаре, но и как диалог с философским текстом, с философией как традицией философствования. В этом аспекте проблемы компетентностного обучения философии, в частности, проблемы реализации коммуникативной компетенции, можно разделить на внешние и внутренние.

К внешним проблемам относятся: во-первых, недостаточная осведомленность современных первокурсников в сфере гуманитарных категорий и понятий. Во-вторых, отсутствие навыка чтения не только научного, но и художественного текста. В-третьих, недостаточность гуманитарного кругозора, проявляющаяся в отсутствии навыка сравнительного анализа гуманитарных концепций.

К внутренним проблемам относятся: во-первых, подвижность понятийного аппарата философии. За две с половиной тысячи лет в философии создано, отрицается, корректируется огромное количество категорий и понятий. Чтобы понимать эти трансформации внутри философии (например, почему категория «Бытие» у Платона означает совсем не то, что категория «Бытие» у Ж.-П. Сартра [1]), нельзя ограничиваться только заучиванием статей словаря или страницы учебника. Необходимо работать с философским текстом, не только читая его, но и сравнивая с другими текстами.

Во-вторых, философия как традиция философствования, представленная трудами А.В. Ахутина [2], В.В. Бибихина [3], Ф.И. Гиренка [4], М.К. Мамардашвили [5], М. Хайдеггера [6], остается пока как авторские позиции философов. Опираясь на эти работы, разработать методику занятий с учетом требований общекультурных компетенций представляется в настоящий момент проблематичным. Однако, если оригинальная точка зрения на обучение философии, изложенная в текстах этих философов, выходит за рамки требований новых ФГОСов, это не значит, что авторская позиция философа (в том числе и философа-преподавателя) не может быть учтена и озвучена. Мы полагаем, что философия, как и другие гуманитарные дисциплины, всегда обращена к человеку (студенту, слушателю, реципиенту), и исходит от человека (преподавателя, автора текста или концепции). Поэтому необходимо соблюдать баланс между требованиями государственного стандарта, позицией преподавателя и осуществлением философии как традиции философствования.

В-третьих, изучение философии не только по учебникам и словарям, но и по оригинальным философским текстам, предполагает знание проблем конкретной эпохи, соответствующего гуманитарного лексикона с его разночтениями и методов исследования, соизмеримых с результатами философских исследований.

Разночтения в проговаривании ключевых понятий современными философами могут стать необходимым методическим материалом формирования коммуникативной компетенции студентов. В создании алгоритма исследования современной философии мы придерживаемся следующей цели: артикуляция различных позиций философов к. XX – начала XXIвв. в полилоге двух уровней: между студентами и преподавателем (на семинарах) и между студентами и философским текстом (работа по подготовке к семинару). Для участия в дискуссии студенты готовят небольшие доклады, работая индивидуально или в группах.

Первый шаг методического алгоритма. Тема: призрак социализма и симулякры общества потребления. Рассмотрим одно из основных понятий актуальной философии – симулякр (фантом, призрак) – в текстах представителей постмодернизма Ж. Бодрийяра, Ж. Делеза, Ж. Деррида. Четыре группы студентов изучают тексты: «Общество потребления» (1970), «Символический обмен и смерть» (1976), «Симулякры и симуляция» (1982) Ж. Бодрийяра и «Призраки Маркса» (1993) Ж. Деррида.

По Ж. Деррида, марксизм не только наделил призраков реальным существованием в культурной химере социалистического государства, но и успешно внес апокалиптический тон в философию. Конец истории, философии, человека, культуры – все это уже было в марксизме. Парадоксально: материалистический марксизм развернулся в сфере духов, призраков («призрак ходит по Европе»). Деррида считал, что марксизм и начинался, и остался призраком. В тексте «Призраки Маркса» Деррида описал, как стратегия Платона (наделение души мертвого телом идола) воплощается в марксовом анализе товарного фетишизма [7, с. 243].

Маркс стремился уловить призраки в зеркале онтологии – «онтологии присутствия, как актуальной реальности и объективности» [8, с. 52]. Работа сознания как зеркала действительности парадоксально неосуществима: сознание не может выйти из себя и затем вернуться к себе, но уже обогащенным образами самого себя, отраженными в мире. Принципиальная ограниченность марксизма состоит в том, что ему никогда не удавалось преодолеть пропасть между сознанием и реальностью (объективным миром). Ирония Ж. Деррида относительно марксизма очевидна: «Мы должны учиться говорить с призраками и слушать их, если хотим научиться тому, чему марксизм считал возможным научить нас, - жизни» [8, с. 24]. Социалистическое общество, воплощение философского идеала К. Маркса, есть общество призрачное, в котором и сознание, и вещь являются лишь подобиями в зеркальном отражении самих себя.

Ж. Бодрийяр также критикует концепцию Маркса, но уже как теорию современного ему капиталистического «общества потребления», уставшего от переизбытка как потребления, так и производства вещей [9, с. 5].

Следуя схеме Р. Барта, Ж. Бодрийяр переходит от рассмотрения вещей в их объективной систематизации к анализу их коннотаций [10, с. 68]. Статус современной вещи определяется оппозицией «модели» и «серии». Теперь серийная вещь не является ирреальной по отношению к идеальной модели, а модель больше не замыкается в функциональности для привилегированного меньшинства. И модель, и серия аннигилируются, т.к. серия возведена в модель, а модель бесконечно тиражирует серию. Потребление и модели, и серии, в связи с распространением системы кредитования, опережает производство. Другими словами, и производство, и потребление становятся симуляцией.

Бодрийяр считает, что эра симуляции начинается с отрицания взаимной отнесенности (Субъект и Объект, Я и Другое Я) и искусственного воскрешения референтов в гиперреальной системе знаков, более податливой, чем смысл. Симулякр никогда не может быть стать реальным объектом. Он всегда заменяется только лишь другим симулякром [11, с. 16].

Здесь студентам необходимо сделать три промежуточных вывода. Во-первых, если степень реальности нашего мира пропорциональна резерву воображаемого, то с заменой воображаемого симулякром исчезает не только воображаемое, но и научная истина: бесконечное производство подобных друг другу симулякров не требует изобретения, ни открытия окружающего мира. Во-вторых, меняется научная фантастика: она уже не отталкивается от реального, переводя его в ирреальное. Напротив, современная фантастика исходит из моделей симуляции, чтобы создать иллюзию реальности («Матрица», компьютерная игра и серия книг «Сталкер»). По Бодрийяру, «именно реальное стало для нас подлинной утопией, но такой, которая уже не принадлежит порядку возможного» [12, с.49]. В-третьих, располагаясь по ту стороны истины и лжи, симулякр и симуляция (например, симуляция преступления и симуляция добродетели), превращаются, с одной стороны, в симуляцию власти (какой закон можно применить не к беспорядку, а к полному отсутствию порядка?), а другой, в симуляцию социального. Порядок, и, прежде всего социальный, предпочитает иметь дело с реальным. Если же реального нет, то это значит, что каждый человек больше не укоренен в социальных связях, т.е., само социальное «сплющивается», утрачивает свое значение.

Таким образом, и в капиталистическом, и в социалистическом обществе диалог, общение (даже в виде элементарной цепочки автор – сообщение – адресат) становится проблематичным. Если автор сообщения находится в социалистической системе и пишет о субъективных представлениях, то его сообщение не является истиной (поскольку, по Марксу, неизбежно искажает объективную реальность), и тем самым оно может принести адресату только вред. Если автор сообщения находится в капиталистической системе, то его сообщение не только изначально неистинно (поскольку окружающая его действительность – это действительность симулякров), но и само является симулякром. И в этом случае сообщение не несет адресату никакого смысла, т.к. симулировать можно все, что угодно. Ситуация усугубляется повсеместным распространением Интернета и доступности практически любой информации.

2 шаг методического алгоритма. Тема: «Симулякры и диалог». Европейские философы констатируют факт, что мы «находимся во вселенной, в которой становится все больше и больше информации и все меньше и меньше смысла» [12, с.47]. По этому поводу Ж. Бодрийяр выдвигает три гипотезы: 1) либо информация создает смысл, но его рассеивание происходит быстрее его осознания; 2) либо информация – это всего лишь шум, заглушающий смысл и вытесняющий его; 3) либо информация, особенно разубеждающая информация СМИ, нацелена только на уничтожение смысла.

Третья гипотеза, по Бодрийяру, самая интересная, однако идет вразрез с общепринятым мнением, т.к. социализация измеряется именно количеством получаемой информации. Если же субъект уклоняется от получения информации, то он считается асоциальным. Тем не менее, Бодрийяр настаивает на том, что именно информация (растиражированное шоу, игра в события и общение) разрушает коммуникацию и социальное.

В аспекте противоположности информации и смысла интересно также инициировать студенческое исследование текста «Конфликт интерпретаций» П. Рикёра [13]. В отличие от постмодернистов, «философ диалога» Рикёр разграничивает в языке структуру и событие таким образом: а) способом осуществления языка является актуальный акт говорения, имеющий природу события, - система, напротив, существует вне времени, она виртуальна; б) дискурс есть последовательность выбора – система носит принудительный характер; в) благодаря выбору происходит высказывание еще невысказанных фраз – система представляет собой закрытую и конечную опись знаков; г) в дискурсе язык обладает референцией, внешней соотнесенностью знака и вещи – в лингвистике знак есть внутреннее различие означающего и означаемого [13, с. 30]. Позиция П. Рикёра – это позиция преодоления информационного шума. И если Ж. Бодрийяр, Ж. Делез и другие европейские философы-постмодернисты полагают молчание как радикальную альтернативу информации (условие сохранения самой возможности самостоятельно мыслить), то продолжатель герменевтической традиции П. Рикёр предпочитает обращаться со словом так, как если бы оно создавало необходимую среду для событий. Он писал о своем методе: «Множество интерпретаций и даже конфликт интерпретаций являются не недостатком, а достоинством понимания, образующего суть интерпретации» [14, с. 239].

Следовательно, современным философам в информационной цивилизации для противостояния симулякрам информации и власти доступны три стратегии: 1) критика производства духовных и материальных симулякров; 2) молчание; 3) диалог в конфликте интерпретаций (точек зрения).

3 шаг методического алгоритма. Подведение итогов семинара и критерии мониторинга коммуникативной компетенции. Мониторинг изысканий и выступлений студентов можно провести в двух аспектах.

1. Исследовательский аспект: оцениваются глубина исследования, оригинальность толкования философского текста, аргументированность тезисов для дискуссии, приведение примеров интерпретации текста из материалов лингвистики, литературоведения, лингвокультурологии (междисциплинарный анализ).

2. Осмысление и артикуляция собственной точки зрения (коммуникативный аспект). Оцениваются поставленность речи, эмоциональная и волевая подготовка (уверенность при выступлении, владение вниманием аудитории), способность студента к диалогу с оппонентами (конструирование контраргументов к тезисам противоположной стороны), способность артикулировать выводы из проведенного исследования.

Итак, чтобы формировать коммуникативную компетентность будущего специалиста на занятиях по философии, необходимо не только проверять владение словарем гуманитарных понятий, риторические и логические навыки студента, но и создавать развивающую среду полилога как столкновения (организованного конфликта) различных интерпретаций (точек зрения) внутри философии. Другими словами, полифония о человеке, смысле его жизни, его отношении к миру и другим людям должна быть организована как исследование оригинальных философских текстов, т.е. артикулированных личных позиций философов.

Список литературы:

1.     Сартр, Ж.-П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии [Текст]/ Жан-Поль Сартр; перевод с фр., предисл., примеч. В.И. Колядко. — М.: Республика, 2000. — 638 с.

2.     Ахутин, А.В. Поворотные времена [Текст] / А.В. Ахутин. – СПб.: Наука, 2005. – 743с.

3.     Бибихин, В.В. Чтение философии [Текст] / В.В. Бибихин. - СПб.: Наука, 2009. - 536с.

4.     Гиренок, Ф.И. Удовольствие мыслить иначе [Текст] / Ф.И. Гиренок. – М.: Академический проект; Фонд «Мир», 2010. - 235с.

5.     Мамардашвили, М.К. Как я понимаю философию [Текст] / М.К. Мамардашвили. - Москва: Прогресс, 1990. - 398с.

6.     Хайдеггер, М. Время и бытие: Статьи и выступления [Текст] /М. Хайдеггер. – М.: Республика, 1993 – 447с.

7.     Грицанов, А.А., Кацук, Н.Л. Жак Деррида [Текст]/ А.А. Грицанов, Е.Н. Гурко. – Мн.: Книжный Дом, 2008. – 256с.

8.     Деррида, Ж. Призраки Маркса [Текст]/ Жак Деррида; перевод с фр. Б. Скуратова. – М.: Logos altera, 2006. — 254 с.

9.     Бодрийяр, Ж. Общество потребления. Его мифы и структура [Текст]– М.: Культурная революция, 2006. – 269с.

10. Грицанов, А.А., Кацук, Н.Л. Жан Бодрийяр [Текст] /А. А. Грицанов, Н. Л. Кацук. – Мн.: Книжный Дом, 2008. – 256с.

11. Бодрийяр, Ж. Симулякры и симуляция (реферат В. Фурс) [Текст]// Философия эпохи постмодерна. Сб. переводов и рефератов. – Мн.: Изд. ООО «Красико-принт», 1996. С. 32–47.

12. Бодрийяр, Ж. Символический обмен и смерть [Текст] /Жан Бодрийяр; перевод с фр. С. Зенкина. – М.: Добросвет, 2000. – 387с.

13. Рикёр, П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике [Текст] / Пер. с фр., вступ. ст. и коммент. И.С. Вдовиной. – М.: Академический Проект, 2008. – 695с.

14. Керни, Р. Диалоги о Европе [Текст] / Ричард Керни; перевод с англ. В.Л. Алешиной, О.И. Кондратьевой. – М.: Весь мир, 2002. – 320с.

         Дата: «_31»_июля_2012г.